Малица, хорей, туесок, кераник… Слова, которые вполне могут показаться заклинанием, понятным избранным. Но на самом деле это слова из языка ханты — едва ли знакомого большинству из нас, но близкие каждому аборигену.
Югра, которую мы привыкли считать родным домом, всегда была землей коренных народов Севера. Но часто ли пересекаются их реальность и наша? У одних она измеряется количеством сервисов доставки, маркетплейсами, стабильностью интернета, а другим, ради сытой жизни, нужно пройти десятки верст по тайге.
Иногда эти вселенные все же пересекаются. На минувшей неделе в Сургутском районе, в деревне Русскинская, к берегам Тромъегана съехались ханты и манси — прямо со своих родовых угодий. Поводом стал слет оленеводов, рыбаков и охотников. Гонки на оленьих упряжках, национальная борьба, тынзян, летящий на хорей. Более трех тысяч человек увидели жизнь коренных югорчан не через экраны смартфонов, а вживую.
Каково людям из тундры оказаться в центре общественного внимания? В чем их главная потребность сегодня: нужны ли им блага цивилизации или достаточно того архаичного уклада, который они хранят столетиями? В этих вопросах разбирался журналист СургутИнформ-ТВ Сергей Большов.
Быстрый транспорт, не требующий ни капли бензина. Заинтриговало? Знакомьтесь! Нарты деревянные, классические. Лошадиных сил здесь нет, зато есть олени. Подходит ли такой вариант для городской жизни — подумайте сами. А вот для быта за пределами населенных пунктов — самое то.
Рыбалка, охота, транспортировка грузов — нарты универсальный вид транспорта, столетиями используемый среди коренных малочисленных народов Севера. Справляться с упряжкой оленей их учат с детства, причем как юношей, так и девушек. Хотя последним это дается сложнее ввиду физиологии. Удержать практически «в руках» сильное и своенравное животное — задача не из легких. Его скорость может достигать 60 километров в час. Потерял концентрацию хоть на секунду — готовься оказаться в сугробе.
Соревнуются в мастерстве каюры — так называют тех, кто управляет нартами, — как раз на слете оленеводов. Одним из самых молодых участников гонок этого года стал 17-летний Константин Покачев. Молодой человек проживает на угодье вблизи Русскинской. Придерживается традиций — занимается с отцом животноводством, увлекается северными гонками.
«Регулярные тренировки нужны. Надо выбирать быстрых в стаде, искать и обучать. Особенно много возиться нужно с молодыми оленями», — рассказал он.
Слет оленеводов, рыбаков и охотников собрал в Русскинской сотни представителей ханты и манси. Оленеводство — далеко не все, чем заняты обские угры. Демонстрировали коренные народы и свои национальные забавы, например нюл-тахли — мужскую борьбу, где главная цель — сбить своего оппонента с ног.
Аплодисменты и одобрительный визг — эмоции с трибун объяснимые. Такой колорит зрителям, непривыкшим к подобному зрелищу, заходит на «ура». За экзотическими впечатлениями многие приехали на районный слет даже из других городов и регионов.
— Откуда приехали?
— Пермь.
— А как вы оказались в Сургутском районе?
— В гости приехали в Когалым, оттуда уже сюда.
— В Перми олени есть?
— Нет.
— И как ощущения от увиденного?
— Очень здорово, так круто.
— Из Ноябрьска именно на слет оленеводов приехали?
— Ну да.
— А откуда столько желания… чтобы столько километров проехать?
— Местный колорит посмотреть.
— Обстановка классная, интересная. Детям очень весело.
Сами коренные жители, несмотря на врожденную скромность и даже отрешенность, не против пристального внимания к себе. С радостью рассказывают о быте, фотографируются, самых маленьких гостей катают на нартах. Отвечают и на главный вопрос от городских — задумывались ли они хоть раз сменить свои юрты на комфортабельные квартиры.
«Не, дома лучше. Спокойнее, ну и природа красивая. Не променяю это», — поделился участник гонок на оленьих упряжках Константин Покачев.
Диалог не поколений, а, скорее, менталитетов. Для этого власти Сургутского района ежегодно проводят слет оленеводов. Это и популяризирует культуру ханты, и позволяет жителям, как поселений, так и угодий, понять друг друга лучше, приближая полярные друг другу миры.
Одними мероприятиями, какими бы красочными они ни были, культуру и уникальный уклад жизни обских угров не сохранишь. Нужна всесторонняя поддержка. Помимо недропользователей, выплаты для коренных малочисленных народов Севера предусмотрены и у властей Сургутского района. Чаще всего это средства на поддержание домашнего хозяйства.
«На территории Сургутского района на угодьях сегодня более 9 тысяч, почти 10 тысяч голов. Это, безусловно, компенсационные выплаты на поддержание оленеводства, их в этом году порядка 12 миллионов рублей. В прошлом году было меньше, это наша программа устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера», — рассказал директор департамента внутренней и информационной политики администрации Сургутского района Виталий Щербаков.
Поддерживать связь с обскими уграми, ведущими свой быт в десятках верст от цивилизации, задача для властей непростая, но вполне выполнимая. Проблемы с интернетом, вывоз снега, отопление — бытовые вопросы, которые жителей родовых угодий, конечно, волнуют, но у них есть и свои потребности. В прошлом году в Сургутском районе ввели практику ежеквартальных встреч. За одним столом собираются чиновники, депутаты, работники федеральных служб и представители коренных малочисленных народов. Вместе они решают возникшие вопросы.
«Мы встречаемся и слышим много проблем, которые, наверное, не находятся в публичной плоскости. Одна из последних, которую мы слышали, — это проблемы с регистрацией на угодьях, на территории юрт, в которых проживают коренные и малочисленные народы Севера. Недавно у нас на территории Сургутского района проходил круглый стол под председательством председателя Ассамблеи представителей коренных малочисленных народов Севера Еремея Даниловича Айпина. Обращались к нему с этой проблемой, надеюсь, поможет», — добавил Виталий Щербаков.
Сегодня в Сургутском районе числится почти четыре тысячи представителей коренных малочисленных народов Севера. Муниципалитет — один из немногих уголков Югры, где в тайге, скрытые от любопытных глаз, обитает так много семей ханты и манси. И у этого, вероятно, две причины: внутреннее стремление самих аборигенов оставаться хранителями многовековых законов предков и условия, которые создают для них местные власти в партнерстве с недропользователями.
Источник: sitv.ru